КВИНТ ГОРАЦИЙ ФЛАКК • ПЕРЕВОДЫ И МАТЕРИАЛЫ
CARM. ICARM. IICARM. IIICARM. IVCARM. SAEC.EP.SERM. ISERM. IIEPIST. IEPIST. IIA. P.

Метрические эксперименты Г. Р. Державина в переводах Горация

© Морозова Г. В., 1993 — Творчество Г. Р. Державина. Специфика. Традиции. Научные статьи, доклады, очерки, заметки. Тамбов, 1993. Стр. 134138.

Державина в XVIII в. прочно связали с именем Горация не только исходя из собственного утверждения, что «...с 1779 г. он (Державин) избрал особый путь, подражая наиболее Горацию». (I, 7778). Действительно, многое в творчестве римского поэта было близко автору «Фелицы»: предельно конкретный мир, в центре которого находится сам поэт, с легкой иронией рассказывающий о себе, своих друзьях и знакомых, поэт, создавший понятие о нерасторжимой связи творческого мира и биографического облика автора с его произведениями. «Следы» Горация просматриваются во многих оригинальных стихотворениях Державина, не говоря о прямых подражаниях ему. В конце XVIII в. он опубликовал 7 подражаний, а в начале XIX в., в период работы над «Рассуждением о лирической поэзии...», перевел 6 од Горация и включил их в трактат как иллюстрации того или иного теоретического положения. Эти переводы на фоне всех остальных переводов римского поэта в XVIII в. представляют несомненный интерес, особенно с точки зрения поисков метрических и строфических соответствий подлиннику.

В рукописном фонде Державина нами обнаружены многочисленные материалы, показывающие направление этих поисков, преодоленные и непреодоленные трудности.

1. Прежде всего, это рукописная тетрадь (писарская копия) с прозаическими переводами 58 од двух первых книг Горация [1]. На титульном листе: «Горациевы оды, с латинского на российский переведенные Александром Котельницким». На обороте: «Бессмертному поэту. А. Котельницкий. 1801 г. 8 января». Прозаические переводы выполняли роль подстрочника, для Державина они были ценны и тем, что содержали подробный комментарий. При сравнении их с опубликованными А. Котельницким 4-мя годами ранее прозаически ми переводами 5 од Горация видно, что автор сделал их со всей возможной точностью, и тем не менее общая тенденция к вольничанью и украшательству в XVIII в. дает о себе знать. Эта тетрадь полностью снимает вопрос о посредниках, к чьей помощи должен был прибегать Державин, не знавший латинского языка. Я. Грот высказал предположение, что таким посредником могли быть немецкие переводы К. Рамлера (I, 77 78). А. Пинчук считал автором подстрочников В. Капниста, который, как выяснилось, сам не знал латыни и пользовался услугами И. М. Муравьева-Апостола [2].

2. Анонимная тетрадь (писарская копия) стихотворных переводов тех же 58 од. Бумага с водяными знаками конца XVIII  начала XIX вв. [3]. Тетрадь интересна тем, что является первым полным переводом двух первых книг од Горация, большая часть которых ни разу до того не переводилась. Автором этих переводов, по нашему мнению, был тот же А. Котельницкий [4].

3. Пять листов рукописного текста со схемами и описанием стихотворных размеров Горация, включенных в «Рассуждение о лирической поэзии». Рукой Державина сделана приписка: «Гораций в разностишных своих одах едва ли не все собрал греческие формы и показал им образцы, которым при конце сего рассуждения прилагаю таблицу трудов А. Котельницкого» [5]. В дальнейшем поэт отказался от этого намерения, очевидно, под влиянием Е. Болховитинова, писавшего ему: «Не знаю, к чему полезно при Вашем сочинении о лириках исчисление всех горацианских мер. Они... на новых европейских языках никакой красоты, ни музыки не могут дать» (VII, 315). Таблица Котельницкого (на бумаге с водяным знаком 1813 г.) представляет собой схемы размеров 58 од III книг с латинскими примерами и краткими пояснениями, например: «Сей двустопный с половиною стих назывался маленький Архилох и употреблялся только Горацием» [6]. Схема дает два дактиля и долгий слог.

4. Четыре листа рукописного текста с «Мерами горацианских стихов» завершают тетрадь с прозаическими переводами од Горация. Котельницкий не повторяет известные нам таблицы. К каждой схеме он подбирает русский аналог [7]. Из 30 видов стихов и 11 видов строф только 5 можно считать аналогами подлинника, в основном это «чистые» ямбы, хореи, дактили: «Слала честь и лавры» (Зх), «Весна пришед чуть-чуть с снегами» (4я), «На что вести войну среди покоя» (5я), «Ах, как пагубен, злобен кто» (спондей, 2д), «Горестна жизнь мне» (д, сп). Остальные 25 видов стихов и все 11 видов строф звучат непривычно, но схемы латинских стихов не соответствуют. Например, первая Асклепиадова строфа, которой написан «Памятник», у Котельницкого имеет схему, состоящую из спондея, дактиля, спондея, анапеста, ямба, и иллюстрируется стихотворной строкой: «Мецены всегда славны были оружьем». В переводе С. Шервинского аналогом этой же строфы может служить «Памятник»: «Создал памятник я, бронзы литой прочней...» [8]. Из 11 «Разных форм смешанных Горациевых стихов» приведем примеры Алкеевой и Сапфической строф: 1. «Воля твоя, я служить тебе больше не стану, Я от работы сделался тонок, как щепка, Право, не вкусны и яства твои, Худо жить, худо коль нет доходов», (л. 74). 2. «Воля твоя, я служить тебе больше не стану, Я от работы сделался тонок, как спица, Кормишь меня ты кушаньем самым невкусным. Горестна жизнь мне», (л. 72).

Большинство примеров с современной точки зрения не имеют ничего общего с античными размерами. Объяснить это только неосведомленностью Котельницкого вряд ли правомерно, так как в других случаях, например, при составлении справки о русском стихосложении он проявляет полное понимание предмета [9]. Очевидно, причина кроется в особом прочтении латинских стихов.

Античное квантитативное стихосложение отличается от русского. В основе ритма античного стиха лежит правильное чередование долгих и кратких слогов, образующих стопы. Стихотворные строки могли состоять из повторяющихся одинаковых стоп (напр., дактилический гекзаметр) и из сочетаний разных стоп.

Оды и эподы Горация, как известно, написаны сложными лирическими размерами. Повторяющейся метрической единицей в них является строфа. В эподах строфа состоит из 2-х, в одах из 4-х строк. Почти все строфы составлены из стихов разного ритма. Все они давно описаны, полный перечень их дается в любом издании Горация. Для перевода они представляют большую трудность. Все переложения Горация в XVIII в. на русском языке выполнялись теми же размерами» которыми пользовались перелагатели и в оригинальном творчестве, и не воспроизводили размера подлинника. Таковы все переложения Котельницкого как опубликованные, так и неопубликованные из архива Державина. Таковы все подражания Державина, опубликованные до 1801 г. Они написаны (1, 5, 11; 11, 16, 20; 111, 1, 30; эпод 2) традиционным для русской поэзии рифмованным 4-х и 6-стопным ямбом строфической структуры (катрен, 5-, 8-, 10-стишие).

Над переводами Державин начал работать после 1801 года. К этому времени относятся и обе таблицы, и две тетради с прозаическими и стихотворными переводами Котельницкого, и переписка с Е. Болховитиновым, и многочисленные черновые варианты его переводов Горация (на бумаге с водяными знаками вплоть до 1815 г.). Переводы имеют строфическую структуру (5 катренов и одно 5-стишие), выполнены 4-стопным (1, 20), 6-стопным (111, 4), разностопным ямбом: 1, 10, (4, 6, 6, Зя), 1, 8 (4, 6, 4, 6я); 7 эпод (6, 6, 6, 4я). Кроме 7 эпода, все остальные нерифмованные, во всех переносы не только из строки в строку, но и из строфы в строфу. Сравнение одного из черновых вариантов с окончательной редакцией перевода 1, 10 оды показывает, что Державин пытается приблизиться к подлиннику, воспроизведя такие особенности стиля Горация, как переносы, непривычный порядок слов, отсутствие рифмы. В черновом варианте: «Гермес, красноречивый внук Атланта», «Тебя, пою, богов и Дия вестник», «Ты щедрого Приама был вождь в пути» [10]. В окончательном варианте: «Красноречивый внук Атласа Меркурий», «Тебя, богов и Дия вестник, Пою», «Ты щедрого Приама был вождь в пути» [11]. В этом же переводе он отказался от первоначального 5-стопного ямба (5, 5, 5, Зя) и остановился на сочетании 4-, 6-, 6-, 3-стопного ямба.

Особого рассмотрения заслуживает перевод 11, 19 оды, гимн Вакху. Затрудненным порядком слов он напоминает брюсовскую «Энеиду».

Вакха вдали, верь мне, потомство, я видел:

Меж диких он скал сидящий, петь учил песни

Нимф, ставших вокруг, внимавших его и вверх

Завостренных ушами козлоногих Сатиров.

...Ты волны далеких кротишь океанов,

И шумный вкруг холмов обтекая пустынных,

Жен бистонийских переплетши безвредно,

Связуешь власы змей ядовитых узлами...

(III, 45, 46).

В основе ритма трехсложная стопа, анакруза переменная (нулевая, односложная, двусложная), межударные интервалы в 1, 2, 3 слога, мужские и женские окончания. М. Л. Гаспаров относит этот перевод к 4-стопному дольнику [12] и объясняет обращение к такой форме поэтикой классицизма: отказ от правил стихосложения, высокое вдохновение, возносящее поэта выше правил.

Рукописные материалы, с нашей точки зрения, убеждают в другом: к метрическим экспериментам Державина подтолкнул не столько отказ от правил стихосложения, сколько следование правилам античного стихосложения, которое он пытается освоить, но в силу некомпетентности учителей освоить не мог. В самом деле, в 1801 г. он знакомится с античным стихосложением по схемам метров. В 1813 г. получает подробное описание логаэдов Горация с русскими имитациями их, в 1814 г. обсуждает с Е. Болховитиновым целесообразность включения «Размеров Горация» в собственный трактат по поэзии и в это же время применяет дольники в оригинальных стихотворениях («Весна», «Осень», «Лето» 18041800 гг.) и в переводах Горация. И хотя метрические эксперименты Державина остались, по мнению М. Л. Гаспарова, без последствий, однако для истории освоения Горация в русской поэзии они представляют несомненный интерес [13].

Литература

1. Архив Державина: Рукописный отдел Института русской литературы АН СССР.  Фонд 96.  Оп. 14.  Д. 15.  Л. 174.

2. Пинчук А. Л. Гораций в творчестве Державина // Уч. зап. Томского гос. университета.  1955.  № 24.  С. 72.

5. Архив Державина: ГПБ им. М. Е. Салтыкова-Щедрина. Рукописный отдел.  Т. 38.  Л. 1462.

4. Морозова Г. В. Державин и Котельницкий // Проблемы поэтики и взаимодействие литератур.  Алма-Ата, 1984.  С. 3541.

5. Архив Державина: ГПБ...  Т. V.  Л. 117.

6. Архив Державина: ГПБ...  Т. V.  Л. 117.

7. Архив Державина: ИРЛИ...  Фонд 96.  Оп. 14.  Д. 15.  Л. 7174.

8. Античная лирика // БВЛ.  М., 1968.  С. 410.

9. См.: Ирои  комическая поэма: Б-ка поэта / Редакция и примечания Б. Томашевского.  Л., 1933.  С. 469.

10. Архив Державина  ГПБ...  Т. V.  Л. 181,

11. Там же.  Л. 161.

12. Гаспаров М. Л. Очерк истории русского стиха.  М., 1984.  С. 69.

13. Там же.  С. 68.

На сайте используется греческий шрифт.


МАТЕРИАЛЫ • АВТОРЫ • HORATIUS.NET
© Север Г. М., 20082016